Искусственный интеллект и креативный кластер Дагестана

Совместная работа искусственного интеллекта и человека повсюду в интернете: это и сгенерированный пост в социальных сетях, и реализованный креатив из десятка идей, предложенных нейросетью, анимация, созданная для кофейни, или сценарий reels. 

И пока кто-то игрался с промптами, создавая трендовые фото для своих личных профилей, креативный кластер Дагестана стал использовать нейросети как рабочий инструмент, который забрал на себя часть рутинных процессов и позволил воплощать такие идеи, которые руками было сделать или очень сложно, или дорого.

Самур, креатор digital-агентства «Родные», вспоминает, как впервые использовал ИИ в работе. Он сгенерировал видео с фасадом проекта «в разных вселенных» — тогда это был всего лишь эксперимент, который получился очень даже удачным. Теперь нейросети встроены в его ежедневную работу: тексты, идеи, раскадровки, генерации.

Мадина, дизайнер digital-агентства «Родные», вспоминает шок от появления генеративной заливки в Photoshop. Расширить фото, убрать объект, дорисовать свет и тени — то, что занимало часы ручной работы, с ИИ решается парой кликов.

Марал, бренд-дизайнер и ИИ-креатор, начала учиться нейросетям в 2025 году.

Один ее вирусный проект привел к федеральному заказу на ролики для модного форума в Москве.

Сегодня ИИ в Дагестане ускоряет производство контента, расширяет визуальные возможности, снижает технический барьер входа и позволяет брать проекты за пределами региона. И главное — меняет ожидания и заказчиков, и потребителей.

Раньше, чтобы сделать красиво и качественно, нужно было собрать продакшн, найти локацию, договориться с командой. Теперь контент делается одним человеком и нейросетью. И клиент начинает думать, что в создании контента с помощью ИИ нет ничего сложного — из-за этого возникает недопонимание между двумя сторонами.

Мадина общается с ИИ-креаторами из России, Германии, США. И везде одна и та же проблема: нет единой модели ценообразования. Кто-то просит пять тысяч за 30 секунд анимации, кто-то — в десять раз больше. Но здесь невозможно «синхронизироваться» в цене, ведь проблема в непредсказуемости процесса работы. 

Одна сцена может собраться за полдня, другая — не выходить четыре дня, потому что нейросеть не улавливает мысль и настроение. Это сложно донести до заказчика, для которого вся работа заключается в нажатии кнопки.

ИИ ускорил простые задачи: заменить фон, убрать объект, нарисовать иконки. Но сложные генерации, уникальные сцены, анимация требуют времени, экспериментов, человеческой фантазии и художественного вкуса.

Сейчас в креативной сфере выживают те, кто умеет формулировать идею. Просто «уметь делать руками» уже мало.

Самур освоил инструменты самостоятельно. Порог входа в профессию действительно снизился: то, что раньше требовало лет освоения софта, теперь частично доступно новичкам. От этого возникает ощущение, что профессия становится «слишком доступной». Но с другой, только лишь технической составляющей недостаточно — у креатора изначально должно быть свое видение и глубина мышления.

Роль исполнителя меняется: если еще несколько лет назад ценилось мастерство выполнения, то теперь этим не удивить. Куда важнее уметь формулировать идею, выбирать подход, задать правильный промт и видеть потенциал сцены.

В маленьких агентствах отдельных вакансий, связанных с ИИ, пока не появляется: когда штат и так небольшой, дробить специалистов по направлениям нет смысла. Но становится новой базой навык освоения нейросетей.

Самый наглядный пример изменений — это операционная работа. Раньше в агентстве коммерческие предложения готовились вручную в формате презентаций, теперь это делает калькулятор с генератором КП и договора.

Ускорились и бытовые задачи:

• генерация иконок в едином стиле
• подготовка макетов по наброскам клиента
• оформление сторис

Как такового массового агрессивного отрицания ИИ в регионе нет. Кто-то скептичен, чаще всего потому, что видел плохие тексты или шаблонные ролики. Но когда ИИ интегрирован аккуратно и усиливает уже снятый материал, реакция обратная.

Также наблюдается интересный эффект — изменение коммуникации с клиентом. Иногда заказчики сами приходят с набросками от ИИ. Их можно быстро доработать и сдать проект с меньшим количеством правок.

Для дагестанского рынка ИИ-контент пока еще кажется дорогим: специалистов мало, экспертиза новая, процесс непредсказуем.

Зато если сравнивать с Москвой, где продакшн дороже в разы, ИИ экономически выгодный. Получается парадокс: внутри региона ИИ кажется дорогим, но в сравнении с федеральным рынком он становится конкурентным преимуществом, поэтому местным креаторам легче работать с заказчиками из других городов и стран.

Креативный класс региона уже адаптировался к работе с ИИ: самостоятельно учится, тестирует инструменты и шаблоны, автоматизирует процессы и работает с заказчиками за пределами республики.

ИИ упростил вход в профессию, так что креаторам, с одной стороны, стало легче. С другой — нужно больше и глубже мыслить, чтобы задержаться в этой сфере, где всё быстро меняется. Таковы новые реалии: ты либо идешь в ногу со временем, либо уходишь со временем.